pyramidseeds
sweetss
barneysfarm

Восточная легенда

Употребление гашиша в Средней Азии до революции 1917 года в разы превышало потребление гашиша в Индии: на тысячу населения приходилось около 80 килограммов продукта в год! Удивительно, но факты таковы, что долгое время, на протяжении почти столетия, на территории  Российской империи находились области, в которых употребление продуктов психоактивной конопли процветало и было широко распространено. Речь идёт о так называемых среднеазиатских владениях Российской империи. История имперской экспансии в Центральную Азию – предмет увлекательный и обширный, но нас интересует не столько он, сколько ситуация второй половины XIX столетия, когда три среднеазиатских государства были либо окончательно поглощены Россией, либо оказались в зоне её влияния. Эти государства – Хива, Коканд и Бухара (современные Туркмения, Таджикистан и Узбекистан).  Современный Казахстан вошёл в состав империи ещё раньше. 

Таким образом, долгое время Россия была конопляным клондайком, а количество курильщиков плана и гашишоедов на её территории исчислялось сотнями тысяч человек – притом что никаких законодательных запретов конопли (и любых иных «веществ») в империи не было вплоть до начала XX века, когда в 1915 появился указ императора Николая II «О мерах борьбы с опиекурением».

Указ этот был продиктован эпидемией опиомании в Приамурье и довольно расплывчат в части конкретных определений. Запрещалось опийный мак культивировать, сбывать, хранить, но количества и площади не оговаривались, а наказания были смешными по сравнению с современным российским законодательством – скажем, за приличную плантацию (речь идёт о промышленных масштабах, а не о делянке в огороде) виновные подлежали «заключению в тюрьме на срок от одного до шести месяцев и денежному взысканию в размере 300 руб. за каждую десятину или часть десятины посева». Да и в целом, указ относился исключительно к «пределам Приамурского генерал-губернаторства, Забайкальской области и Иркутскому генерал-губернаторству». На всей остальной территории империи опиум по-прежнему никак не ограничивался. О гашише и конопле речь даже не заводилась. В течение двух лет после появления указа империя рухнула; это двухлетие было, мягко говоря, неспокойным, полиции и властям было чем заниматься помимо борьбы с контрабандой и культивированием опия, и указ так и остался больше на бумаге.  

Вернёмся к более раннему периоду, который можно назвать «золотым веком» российского гашишизма. Помнится, один мой приятель, в годы СССР работавший в Туркмении на каком-то газодобывающем предприятии по вахтенной схеме, рассказывал о своей дружбе с местным жителем, старичком, жившем на своём клочке земли. Бабай этот обитал в мазанке или сарае, где у него стояла лежанка (супруга жила в отдельном домике). По утрам дедушка просыпался, брал в руки метлу и расчищал с её помощью прилегающую к сараю территорию. На этом его домашние обязанности заканчивались, и он возвращался на лежанку, после чего начинал своё течение поток гостей-приятелей. Каждый приходил не с пустыми руками – у одного такая, у другого сякая... «И всё крутилось вокруг этого, – посмеиваясь, рассказывал мне приятель. – Ничего не поделаешь – национальная традиция». В исторической перспективе несложно представить, как выглядела эта традиция изначально, если даже при Советской власти она цвела пышным цветом.


Оценки историков и исследователей этого вопроса разнятся незначительно. По их мнению, в Средней Азии начала XX века проживало не менее 1 млн человек, интенсивно «злоупотреблявших наркотиками» (любыми). Если говорить конкретно о гашише, его употребление в дореволюционной Средней Азии во много раз превышало его употребление в Индии. 


Так, например, на каждую тысячу населения приходилось в год 5 пудов (80 кг) выкуренной анаши. В 1880 году на 20 млн мусульманского населения приходилось до 800 тыс. потребителей гашиша, причём это число считалось заниженным. Как писал один из видных исследователей гашишизма Л. В. Анцыферов, «во всех населённых местностях Средней Азии, в любой мелочной лавочке или чайхане можно было приобрести анашу, её не только продавали, но ею любезно угощали посетители чайханы друг друга, так же как европейцы – папиросами». По словам Анцыферова, «популярность анаши в Средней Азии не меньшая, чем алкоголя в Европе, и так же редко можно было встретить коренного жителя, не познакомившегося хотя бы раз в жизни со вкусом и действием анаши, как трудно встретить европейца, не испробовавшего алкоголя».

Больше того, Центральная Азия пользовалась репутацией родины лучшего в мире гашиша. Доказательством тому служит то обстоятельство, что центрально-азиатский гашиш переправлялся в Индию (которая включала тогда современный Пакистан), а не наоборот, как можно было бы допустить. 

А. К. Гейнс в своей книге «Дневник 1866 года. Путешествие в Туркестан», в разделе «Гашиш из Синьцзяна в Индию через Коканд», пишет: «После шёлка, по количеству верблюдов, отправляемых в Индию, следует гашиш, которого ежегодно отправлялось из Средней Азии до двухсот верблюдов. Он проникал в Индию контрабандою. Гашишем торгует Кокандское ханство, которое получает его, в свою очередь, из Кашгара и Яркенда». И это притом, что Гарвальские Гималаи, Кашмир и Афганистан (признанные очаги культивирования отменных продуктов психоактивной конопли) находятся гораздо ближе к Индии, нежели Восточный Туркестан (Кашгар и Яркенд). Стало быть, качество восточно-туркестанского гашиша было не просто высоким, но он успешно конкурировал с гашишем индийским и афганским.

Восточный Туркестан (он же Китайский Туркестан, он же Малая Бухария, он же Синьцзян-Уйгурский автономный район) – историческое название региона в Центральной Азии, в настоящее время входящего в состав Китая, и названного колониальным названием «новая граница» – кит. «Синьцзян». Включает в себя Кашгарию (южная часть) и Джунгарию (северная часть). Место воистину легендарное, фигурирующее в индуистских и буддийских источниках как «Махачина», «Великий Китай», Страна просветлённых и названного колониальным названием «новая граница – кит. «Синьцзян». Включает в себя Кашгарию (южная часть) и Джунгарию (северная часть). Место воистину легендарное, фигурирующее в индуистских и буддийских источниках как «Махачина», «Великий Китай», страна просветлённых мудрецов, и даже как Шамбала.

Во всяком случае, эта область уникальна в том отношении, что представляет собой амальгаму индийского, персидского, тюркского и монгольского элементов, плавильный котёл рас, этносов и культур. В дискуссии о том, какая часть света может претендовать на звание «родины конопли», сенсацией стала недавняя находка конопли в могиле восточно-туркестанского шамана, которой около трёх тысяч лет.

А что же происходило в Восточном Туркестане в не столь отдалённые времена?

Известный путешественник по странам Центральной Азии Чокан Валиханов пишет в своих «Очерках Джунгарии» (речь идёт о второй половине 50-х годов XIX столетия): «Кашгар славится также своими музыкантами, танцовщиками и лучшим в мире янысарским хашишом*. Благодаря этой славе Кашгар служит местом, куда стекаются азиатские купцы со всех концов своего материка. Здесь можно видеть тибетца с персиянином, индуса с волжским татарином, афганов, армян, жидов, цыган (мультани и лулу) и одного нашего соотечественника, беглого сибирского казака».

Непревзойдённое качество кашгарского гашиша всегда было притчей во языцех, о чём можно судить даже по такому явлению, как городской романс, он же шансон, он же блатняк – это, возможно, самый популярный песенный жанр в России. Как пел Аркадий Северный: «А вот летит аэроплан, он везёт кашгарский план. В кабине лётчики сидят и папиросками дымят. Курнули раз, курнули два, и закружилась голова, курнули три, потом четыре – и мы уже не в этом мире, курнули пять, курнули шесть – и анаши уже не счесть, курнули семь, курнули восемь – у анаши прощенья просим». В той же песне: «Чемодан с кашгарским планом, принадлежит он наркоманам».

Или знаменитая «народная» песня «Караван Джафара Али»:

Мерно шагая в пути,

Окутан вечерней мглой,

Караван Джафар-Али

В край свой идёт родной.

Там по сыпучим пескам,

Где бродит один джейран,

Через границу идёт

Контрабандный караван.

Шёлк он везёт и хну

Из знойной страны Пакистан,

В тюках везёт он с собой

Лучший кашгарский план.

Сам караванщик сидит

С длинною трубкой в зубах,

Тонкие ноги скрестив,

Качается на горбах.

Богатствам его нет числа.

Богаче он был паши.

Но погубил его план

И тридцать три жены.

Давно уж потухли глаза.

Не радует солнца восход.

И лишь на расшитый халат

Скупо слеза течёт.

Не долго качаться ему

На мягких верблюжьих горбах –

Его похоронят рабы

В знойных сыпучих песках.

Пересекая пески,

Мерно шагая в пыли,

Из Пакистана идёт

Караван Джафар-Али.

Конечно же кашгарский план в огромных количествах потреблялся, прежде всего, в самой Кашгарии (соседняя же Джунгария была источником «лучшего в мире опия», но это отдельная тема) и во всём Восточном Туркестане.

Согласно Н. Л. Зеланду, в его работе «Кашгария и перевалы Тянь–Шаня. Путевые записки. (Записки Западно–Сибирского отдела Императорского Русского географического общества. Книжка IX). – Омск, 1888»: «В Кашгаре половина мужчин пролетариата курят нашу, т. е. гашиш; из 100 женщин 4–5 лакомятся гашишными конфектами. В Аксу забавляются и гашишем и опием, хотя несколько менее: из 10 мужчин 2–3 этому подвержены. Принимают эти зелья большею частью в особых заведениях, для курения употребляют чилим, состоящий из камышового чубука и глиняной чашечки, нашу вместе с табаком и горящими углями раскуривают и вдыхают дым. Есть, впрочем, довольно большое число способов принятия наркотических препаратов».

Попытаемся нарисовать более детальную картину. Во-первых, что за гашишные конфетки? Сразу вспоминается славный город Амстердам с его «спэйскэйками» («космическими пирожными»)... Конфетки эти изготовлялись по приблизительно одному рецепту во всей Центральной Азии, поэтому вполне актуально описание, относящееся к Коканду (Ферганской области): 


«Гуль-канд – конфекты из наши, с прибавлением: сахару, шафрану, яичного белка и некоторых пряностей. Эти конфекты в большом употреблении у сартянок. Их едят на пирах, чтобы усилить весёлое расположение духа; матери дают детям, чтобы успокоить их от капризов и надоедливости. Перед обрезанием мальчиков им дают для уменьшения боли. Кроме того, гуль-канд употребляются как средство для возбуждения решимости перед задуманным преступлением» (В. И. Кушелевский. Материалы для медицинской географии и санитарного описания Ферганской области. Том II. – Новый Маргелан, 1891).


Дореволюционный автор, видимо, не слишком вникал в тему и забыл сказать, что основным ингредиентом (помимо наши) служило варенье из розовых лепестков. Собственно, «гуль-канд» и есть «розовое варенье». Оно по сей день пользуется популярностью в узбекской, таджикской, индийской кухне, разве что коноплю в варенье добавляют не все. Далее Кушелевский рассказывает: «Наша, кроме курения, идёт на приготовление разных препаратов. Руганы-каип, или джугзы-агзам, в состав которой входят, между прочим: баранье сало, миндальное масло или не снятое молоко. Смотря по способу приготовления и примеси того или другого из упомянутых веществ, получаются разные сорта руганы-каип. Один идёт для приготовления конфект, называемых гуль-канд; руганы-каип употребляется в чистом виде, намазывая на кусок хлеба или в виде приправы в шурпу, в палау, особенно для молодых новобрачных женщин, с целью уменьшить боль в первую ночь после свадьбы. Кроме того, руганы-каип употребляется злоумышленниками, примешивая к пище тех, кого желают ограбить, во время глубокого сна, вызванного этим наркотическим средством.

Из смеси руганы-каип, мёду, сахару, воды и разных ароматических и пряных веществ приготовляется кашица, называемая магаджюны-масияхи. Употребляют её от 1–2 золотников, для восстановления сил, утраченных вследствие abusus ab venere.

Халва приготовляется из руганы-каип, сала, муки, сахару, мёду и шафрана. Употребляется с тою же целью, как и предыдущая.

Из листьев конопли приготовляется одуряющий напиток сабз-аба, употребляемый индийцами и сартами, а в особенности женщинами».

О каких заведениях для курения наши идёт речь? У всех на слуху восточная чайхона (чайхана). Но, помимо специальных мест для распития чая, были широко распространены заведения под названиями «кокнархона» (кокнар – отвар опиума, т. е. речь идёт не об опиумных курильнях по китайскому образцу, а о местах, где пили кокнар) и «нашахона», где и курили «ак-нашу», «белую нашу». В тюркских языках слово «ак» («белый») означает не только цвет, но и качество: «ак-наша» – «хорошая, качественная» наша. 

Тот же Кушелевский оставил подробные описания «орудий для употребления»:

«Снаряд, употребляемый туземцами для курения табаку и наши, как уже было сказано, называется чилим. Это род кальяна, в котором сосуд делается или металлический, или, чаще всего, из горлянки (плод Lagenariae), в шейке которой вделана камышовая трубка, длиною от 12–14 дюймов; на трубке укреплена глиняная конусообразная чашка, в дне которой находится отверстие. Почти посредине горлянки, с двух противоположных сторон, делают по одному отверстию и в одно из них вставляют камышовый чубук, от 9–10 дюймов длины. Перед курением табаку в горлянку наливают воды столько, чтобы камышовая трубка, идущая от глиняной чашки, была погружена в воду на 2–3 дюйма. На дно глиняной чашки кладут камешек или твёрдый уголь, насыпают табаку, поверх его накладывают раскалённых углей, дуют через чубук, выпуская воздух через противоположное отверстие; затем последнее затыкают пальцем, а через чубук втягивают в легкие образующийся при сгорании табаку дым. Туземцы обыкновенно затягиваются глубоко, но только один-два раза, и передают чилим соседу».

Любопытно, что чилимом назывался снаряд, который в наши дни назвали бы скорее кальяном, а не прямая трубка, известная как «чилим» в Индии и на Ямайке.

И ещё: «Курение наши производится различным способом. Самое употребительное в чилиме (кальяне). Для этого кусок наши предварительно разогревают на горящих углях, разминают пальцами до консистенции теста и скатывают небольшие шарики, в виде пилюль. Эти пилюли кладут на дно глиняной чашки чилима, насыпая предварительно табаку, затем посыпают все сверху опять табаком, кладут горящих углей и раскуривают чилим. Как при курении табаку, так равно и наши, кроме дыма этих веществ, вдыхается и окись углерода, образующаяся от горения. За неимением под руками чилима, наша кладётся на раскалённые угли и образующийся от сгорания её дым втягивается в лёгкие посредством камышовой трубочки. Этот способ в высшей степени скоро одуряет, и привычный курильщик редко может затянуться более двух-трёх раз. Привычный курильщик выкуривает зараз от 1–2 драхм (драхма – 1,7 г) хорошего сорта наши, или 2–3 драхм низкого сорта, причём курит два-три раза в день, а некоторые до пяти раз. Обыкновенно курят только утром и вечером».

Путешественники и географы оставили нам некоторые описания традиции употребления гашиша, но сведения о выращивании и получении конечного продукта довольно скупы. Кушелевский рассказывает об этом, описывая «наркоманию» в Коканде, но можно предположить, что подобной схеме следовали и в Восточном Туркестане, откуда наша поступала на рынки Коканда и Бухары: «Наша (называемая также анаша), приготовляется следующим образом: в начале сентября конопля (Cannabis sativa) срезывается, связывается в снопы и свозится под навес в тень. Спустя две недели, когда конопля просохнет, её встряхивают над какой-нибудь подстилкой, и получившаяся при этом пыль составляет главную составную часть наши. Затем снопы выколачивают, образующуюся труху просеивают, протирают через бумажную ткань, с целью получить мелкий порошок, который смешивается с полученною при встряхивании пылью. Эту смесь ссыпают в узкие, длинные мешки, выносят на солнце и уминают руками до тех пор, пока она не примет консистенцию густого теста. Затем мешки помещают в сухое тёмное место под гнёт и оставляют на два года, чтобы полученная подобным образом наша приобрела известные свойства. Употребление её раньше этого срока для курения производит головную боль, тошноту и рвоту. Полученная этим способом наша составляет лучший сорт и ценится дороже прочих. Качество её зависит от процентного содержания пыли, полученной при первоначальном встряхивании снопов; низкие же сорта состоят почти из одной трухи. Качество хорошей наши, по заявлению знатоков, состоит в следующем: она серо- или жёлто-зелёного цвета, тяжеловесная, трудно или вовсе не крошится, отделённый от общей массы кусок, разминаемый пальцами, должен от их теплоты обращаться в тестообразную массу. Откусываемая зубами наша не должна хрустеть на зубах и прилипать к ним, в противном случае означает примесь к ней песку, глины, муки и проч. Она должна удобно резаться на тонкие пластинки острым ножом, запах должен быть свойственный конопле, но не резкий; при курении не должно происходить тошноты, рвоты, головокружения, головной боли и удушливого кашля. С этими свойствами наша называется: ак-наша, ак-урук, ак-дона-наша и ценится дорого».

Всё, что Кошелевский и другие современные ему авторы пишут об эффектах курения, нельзя воспринимать всерьёз. Чувствуется, что ни он, ни другие литераторы сами гашиш не пробовали и составляли суждение о нём по каким-то сомнительным рассказам местных жителей. Поэтому цитировать мы их не будем. Для людей просвещённых актуален другой вопрос: чем был «лучший в мире гашиш» с точки зрения ботаники? «Сативой» или «индикой»? Сложно судить об этом однозначно, но всё же «сатива» представляется более правдоподобной версией. Мы знаем, что в современном Восточном Туркестане произрастает самая что ни на есть сатива. Говоря о «сативе», мы оставляем в стороне дискуссии ботаников и знатоков, поскольку классификация «культурных сортов» – вопрос запутанный. Речь идёт о сативе в популярном смысле, как о растениях, резко отличающихся от условной «индики». Визуально восточно-туркестанская конопля напоминает монгольскую, казахскую, южно-уральскую сативу: растения под 2–3 метра, с тонкими листьями. По свидетельствам наших современников, эффект синьцзянского (восточно-туркестанского) гашиша весьма напоминает эффект гашиша непальского, что ещё раз подтверждает «сативность» тамошних растений.

Иных уж нет, а те далече... Нет ни Бухарского эмирата, ни Кокандского ханства. В бывших советских республиках Центральной Азии установлены специфические режимы, проводящие людоедскую наркополитику. Восточный Туркестан давно и, судя по всему, надолго оккупирован китайскими коммунистами, которые не жалуют ни идею его независимости, ни идею свободного потребления продуктов конопли. Но кто знает – возможно, мы с вами ещё посидим в нашахоне где-нибудь в Бухаре или Самарканде, наслаждаясь вкусом и действием «лучшего в мире янысарского гашиша».

Как бы ни злобствовали силы тьмы и инерции, освобождение – во всех смыслах – Восточного Туркестана неизбежно.


Автор Максим Мазов

Статьи по теме

  • Туркменистан

    dom

    Конопляная энциклопедия, Том I: Туркменистан.

    Краткие сведения о применении психоактивной и технической конопли, история употребления, бизнес, законодательство.


Бизнес

Интервью с создателями первого крымского сидбанка Игорем и Шамилем, в котором они рассказывают о Крымских Семечках, спрятанных теплицах, татарских семейных традициях, специфике канна-бизнеса и перемещениях на карте.


Историю знаменитого российского сидбанка рассказывает Сергей, бридер и лидер команды Kalashnikov Seeds: История Kalashnikov Seeds начинается еще со времён СССР. В конце 80х годов прошлого века я окончил военное училище и отправился на службу на Дальнем Востоке, на юг Приморского Края. Военная часть находилась в живописном и удалённом от цивилизации месте. Служба тянулась бы медленно и рутинно, если бы вокруг не росло много дикого ганджубаса... 


Телеграм Weedy Publishing – это целый конопляный хаб с самыми свежими новостями, статьями и прочим полезным интерактивом. Мы делимся самой актуальной информацией каннабис-мира, полезными ссылками, весёлыми мемами, релакс-музыкой, картинками и прочим стаффом, который заинтересует любого думающего растамана и не только.

Присоединяйся!


Weedypedia

Поболтаем о траве? Присоединяйся к позитивному общению про гров, растения, оборудование и всё-всё-всё зелёное! В нашем телеграм-чате собрались весёлые ребята, которые не только поддержат любой конопляный разговор, но и помогут начинающему гроверу в любом вопросе!


Медицинский Каннабис - это журнал и телеграм-канал о конопляной медицине. Здесь мы рассказываем о самых современных научных исследованиях в сфере КБД-продуктов и их действии на организм человека. Свежие новости, статьи в эксклюзивном переводе, конопляные товары и компании.

Напишите нам

есть предложения или вопросы? свяжитесь с нами - мы будем рады Вам ответить.